Судьба человека, судьба народная



В истории каждого государства есть даты, которые пропитаны страхом, скорбью и печалью людей. В российской истории такими датами являются 22 июня и 30 октября.
Между ними столько же общего, сколько и противоречивого. Обе даты - память о великом горе, о чудовищных человеческих потерях, понесенных страной. Только если 22 июня мы скорбим о тех, кто погиб, защищая нашу землю от врага внешнего, то 30 октября мы вспоминаем о жертвах бесчеловечной войны кровавого режима с внутренним «врагом» - собственным народом. Их миллионы, погибших и пострадавших только оттого, что кому-то хотелось безграничной власти над людьми и их душами.

Но, переломав миллионы судеб, режим не смог переломить страну, лишить ее граждан права говорить, думать, верить. Такое по силам только великому народу. И сегодня наш долг перед жертвами политических репрессий - помнить свою историю, помнить не только ее лучшие страницы, но и самые чудовищные.

В редакцию «Новой Власти» поступила просьба учителя Дрезненской средней школы Уткиной Ирины Федоровны опубликовать конкурсное сочинение ученика 11 «А» класса Крутова Василия, посвященное печальной дате памяти жертв политических репрессий. Мы с благодарностью принимаем это предложение и публикуем эту творческую работу в полном объеме.

Я стою перед могильным камнем, установленным в ограде Дрезненского храма. Я очень хотел бы думать, что здесь, в родной земле покоится прах моего прадеда Скворцова Сергея Иосифовича, а с принятием сана - священнослужителя отца Сергия. Но это всего лишь условное захоронение. Где на самом деле нашел свое последнее пристанище мой прадедушка, не знает даже его дочь Лидия Сергеевна, а прожил-то он всего 43 года. Почему же и я, правнук, и даже родная дочь мало, что знаем о своем предке?

Россия... Год тысяча девятьсот двадцатый. Уже три года в стране диктуют свои условия коммунисты-большевики. С 1914 года Россия находится в состоянии войны: Первая Мировая, гражданская, отягощенная иностранной интервенцией. Заключен позорный Брестский мир на условиях потери больших территорий и выплаты огромной суммы контрибуции. В стране разруха, повлекшая первую волну голода. Аза пособничество в установлении власти и по условиям мира надо платить. Где взять деньги? И новая власть решает изъять веками накопленные церковные ценности.

В маленьком поселке Дрезна, выросшем возле прядильно-ткацкой фабрики И.Н. Зимина и окруженном близлежащими деревнями, стоит богатый и красивый храм, построенный в 1949 году. В это время пастырем православных христиан Дрезны был отец Сергий. Церковные постройки красивы снаружи, богато внутреннее убранство церкви. Государственная власть не сразу принялась за разрушение традиций, и поэтому какое-то время в храме все было по-прежнему: спокойно служил батюшка Сергий, ходили прихожане, водили детей, крестили новорожденных, молились за усопших родственников.

В семье отца Сергия, по рассказам его дочери Л.С. Крутовой, было трое детей: два сына - Александр и Николай, - и дочь Лидия. Детство проходило в доме священника в пределах церкви, как говорили в народе, «у Десятой Пятницы».
Семья держала корову, поэтому времени для беспечного гулянья у детей было довольно немного, приходилось помогать родителям. В 1931 году Лидия Сергеевна пошла в школу. Первые годы учебы были довольно трудными для нее: непросто было привыкнуть к учителям, влиться в коллектив одноклассников, потому что традиции семейного воспитания и новые идеи часто противоречили друг другу. Дочь отца Сергия Лидия Сергеевна единственная, кто хранит в своей памяти воспоминания о тех трудных годах. Поэтому я люблю беседовать с ней об отце Сергии и стараюсь запомнить детали обстановки того времени.

30 мая 1937 года в семье случилась беда - умерла мать Лидии Сергеевны, а 28 сентября того же года пришли за отцом. По словам Лидии Сергеевны, это происходило так. Ночью в дом священника, расположенный близ храма, постучали.
- Мы с бабушкой проснулись от этого тревожного стука, - вспоминает Лидия Сергеевна. - Мне было тогда 14 лет. Младшие братишки спали. Отец открыл дверь. Вошли трое мужчин в кожаных куртках и предъявили ордер на арест. Стали обыскивать. Вспороли даже подушки, но ничего контрреволюционного не нашли, посадили священника в черный автомобиль и увезли навсегда.

После этого события храм Пресвятой Мученицы Параскевы был фактически обречен на разрушение и угасание, которое наступило в 1960 году.

После ареста отца Лидия Сергеевна Крутова с двумя младшими братьями остались под присмотром бабушки, и жизнь их была весьма нелегкой.
- Сиротами мы остались, - со слезами на глазах говорит эта удивительно добрая женщина. - Но нас не преследовали злые языки - сострадание не исчезло из сердец дрезненцев. И все же средний брат Николай не смог пережить военное лихолетье и скончался от недоедания. А мы с братом выдюжили - помог, видимо, Господь Бог.

В семейном архиве моей бабушки бережно хранится пожелтевший от времени лист бумаги - это клировая ведомость Параскевской церкви за 1933 год. Вот небольшая выдержка из нее:
«Храм во имя Святой Мученицы Параскевы. В нем три престола: один настоящей во имя Святая Живоначальная Троица в двух пределах: первый во имя Рождества Пресвятой Богородицы, второй - во имя Святой Мученицы Параскевы. Храм построен в 1849 году вместо деревянного, проданного в село Гридино Куровского района Московской области. Каменное здание покрыто железом. В 1889 году трапезный храм приложен на три окна; сложена вновь колокольня, соединенная с храмом теплым притвором. Последний ремонт производился в 1929 году, внутри трапезный храм был вновь весь покрыт стенной живописью, с внешней стороны был оштукатурен и побелен, выкрашена крыша».

- Он был прекрасен, наш храм, - продолжает Лидия Сергеевна. - «Бубонная» власть способствовала разрушению этой красоты. В 1956 году храм, где после нашего отца служил отец Павел, перестал существовать. Настоятеля вместе с семьей выселили из деревянного дома. Верующие очень сожалели о том, что храм закрыли.

Церковь у Десятой Пятницы В возрасте 17 лет Лидия Сергеевна пошла работать на фабрику в машинно-счетное бюро. Молодость совпала с трудным временем, и фабрика работала по законам этого времени, отрабатывали часы в добровольных дружинах, охраняющих фабричные постройки от возможных фашистских «зажигалок»...
Но молодость есть молодость, жизнь продолжалась и в 1947 году, когда Арсений Иванович Крутов, раненный на фронте в плечо, демобилизовался из армии. Лидия Сергеевна вышла за него замуж, но счастливая семейная жизнь не притупила боли утраты, связанной с мыслью об отце, находящемся в заключении. Письма, которые присылал им отец, свидетельствовали о том, что он знал имя человека, написавшего донос, но не осуждал его, ибо жил в его сердце вечный завет: «Не судите, так несудимы будете»...

... Из тюрьмы в тюрьму по карте Гулага кочевал «зек» Скворцов (отец Сергий) от Читы до Биробиджана. Последнее письмо пришло из Куйбышева, в котором отец Сергий писал, что тяжело болен. Прошло немало лет, когда дети узнали, что отец Сергий, настоятель храма Великомученицы Параскевы, осужденный по политическим мотивам, умер в заключении 25 марта 1943 года.

- Мы даже не знаем, где его могила, - говорит Лидия Сергеевна, - хотя и писали неоднократно, делали запросы в места заключения, где он томился. Сейчас отец Сергий - спасибо этому замечательному человеку, - возле разрушенного храма совершил обряд символичного захоронения: отслужил панихиду и воздвиг крест на могилу.

Еще один скорбный документ есть в архиве Лидии Сергеевны, датированный 16 марта 1995 года. Это справка о признании ее пострадавшей от политических репрессий. С волнением читаю:
«Гражданка Крутова Лидия Сергеевна, 1922 года рождения, уроженка г. Дрезны Орехово-Зуевского района Московской области, являющаяся дочерью гражданина Скворцова Сергея Иосифовича, 1896 года рождения, постановлением Тройки при УНКВД СССР по Московской области от 13 октября 1937 года по статье 58-10 УК РСФСР лишенного свободы на 10 лет и реабилитированного 25 июня 1990 года Прокуратурой Московской области, на основании части 2 статьи 21 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» признана пострадавшей от политических репрессий».

Члены семьи не могут без душевной боли читать этот документ, несмотря на то, что он содержит хоть какую-то долю запоздалого торжества справедливости по отношению к судьбе моего прадеда.
- Хорошо, что снова возрождается наша матушка Россия, а вместе с ней и вечные духовные ценности русского народа, и родителям не нужно тайно крестить своих первенцев, а молодоженам совершать обряд Венчания! - восклицает женщина, и лицо ее светлеет. - Прекрасно, что у нас действует молельный дом Пресвятой Мученицы Параскевы. Отец Сергий совместно с нашей общиной благоустраивает этот храм. Спасибо всем прихожанам, которые молитвой своей содействуют процветанию храма.

После таких бесед с этой замечательной женщиной я чувствую и в своей душе просветление, и хочу обратиться к своим сверстникам: почаще разговаривайте со своими дедушками и бабушками, перебирайте вместе с ними семейные архивы и старые фотографии, и тогда в такие выражения, как «семья», «корни» и «преемственность поколений» станут для вас простыми и понятными жизненными ценностями.


Василий Крутов
2003.11.10


Общественно-политическая газета «Новая власть»
Главный редактор: Каравайцев С.М., учредитель Баранов Л.М.
Адрес: Россия, 142660, ул.Юбилейная, д.22, кв.96